Рыбаков посмотрел на автостоянку, где сияли свежевымытыми боками ярко-алый кабриолет «Меrcedes-Benz SL320» Горыныча, вишневый «Lincoln Navigator» Ортопеда, серебристый «Jaguar S-type» Паниковского, темно-зеленый «GMC Jimmy» Антифашиста и яично-желтый «Dodge Durango» Гугуцэ, и почесал затылок. Состав участников спонтанного погрома не оставлял надежд на быстрое окончание побоища и свидетельствовал лишь о том, что веселье будет продолжаться вплоть до прибытия усиленных нарядов милиции, стянутых из трех соседних районов.

Бурное прошлое нынешних предпринимателей, занимавших солидные должности директоров акционерных обществ самого разнообразного типа, время от времени прорывалось наружу, приобретая гротесковые формы физического воздействия на недостаточно расторопную обслугу питейных заведений или на несговорчивых партнеров по бизнесу, имевших наглость заниматься крючкотворством при составлении договоров.

Из ресторана вылетел Паниковский и помчался к своему «Ягуару», на ходу помахав рукой задумчивому Денису.

– Мы щас! Ты заходи! – Браток выволок из багажника английского седана три изрядно потертые бейсбольные биты. – Ну, блин, я вас!

– Может, не стоит? – осведомился Рыбаков.

– Стоит, стоит! – Паниковский крутанул биту. – Делов-то на полминуты!

– Ты скоро?! – на пороге появился Горыныч, держащий за шкирку вяло трепыхающегося повара-мулата. – А-а, Диня, здорово!

Плод любви белой женщины и чернокожего мужчины попытался было вывернуться из халата, но не сумел и безвольно повис в полуметре от сугроба.

– Там пятеро шоколадок на кухне забаррикадировались, – сообщил Горыныч.

– Ничего! – бодро гаркнул Паниковский.

– И это называется деловой встречей? – ехидно спросил Денис.

– Никто не совершенен! – Горыныч картинно повернулся в профиль.

Из-за поворота с проспекта Просвещения показалась головная машина милицейской автоколонны. Улицу огласил вой доброго десятка сирен.